Шурик сидит на скамейке в парке, и его переполняют эмоции, которые он не в силах держать в себе. Каждому случайному прохожему, который замедляет шаг или присаживается рядом, он начинает рассказывать одну и ту же историю, но каждый раз с новыми, всё более яркими и трогательными подробностями. Это история о любви, внезапной, ослепительной и навсегда изменившей его жизнь. Он говорит о Нине, и его слова текут бесконечным, восторженным потоком. Он описывает её не просто как девушку, а как самое настоящее чудо, сошедшее со страниц идеалистического романа. Она была студенткой, полной жажды знаний и веры в светлое будущее, настоящей комсомолкой, для которой общественные идеалы и личная честность были не пустыми словами, а сутью характера. Но главное, подчёркивает Шурик, зажимая руку у сердца, она была невероятной, потрясающей красавицей, чья улыбка могла осветить самый хмурый осенний день, а взгляд заставлял забыть обо всём на свете. Его рассказ – это не хронологическое повествование, а скорее вихрь воспоминаний, выхватывающих самые яркие моменты. Он вспоминает, как впервые увидел её в библиотеке, погружённую в книгу, и как его мир в тот миг перевернулся. Он с восторгом описывает их случайные встречи у института, короткие разговоры, полные взаимного интереса и лёгкого смущения, совместную подготовку к семинарам, где его поражал не только её ум, но и невероятная доброта и отзывчивость. Шурик рисует словесный портрет идеальных, на его взгляд, отношений, построенных на общих мечтах, взаимном уважении и том самом, неповторимом чувстве, которое, как он уверен, случается раз в жизни. Для прохожих эта история, рассказанная с таким жаром и искренностью незнакомым человеком, становится маленьким театральным представлением, глотком романтики в обыденности. Они уходят, унося с собой частичку этой странной, прекрасной и немного грустной истории о любви, которую Шурик продолжает бережно хранить и без конца пересказывать, словно боясь, что малейшая деталь может потускнеть и исчезнуть, если её не произнести вслух ещё раз.